Мастера
        Детектива

Произведения:
 

Вильям Айриш

   
 
 

Лицо во мраке

Шеннон сел около него.
— Что вы думаете об этом деле?
— О деле? Маленькая мисс ответит за других и попадет в тюрьму.
— Боюсь, что это так, — помолчав, сказал Шеннон и вздохнул.
— Да, она попалась, — задумчиво произнес Слик, — но она выйдет из тюрьмы такой же
прекрасной. Такого рода женщины никогда не меняются. Скажите, Шеннон, вы не слышали о
человеке по имени Малпас?
Дик, думавший о чем-то своем, вздрогнул.
— Да, это странный старик, живущий на Портмен-сквер. Почему вы спрашиваете?
Слик Смит странно улыбнулся:
— Он каким-то образом замешан в этом деле.
В это время полисмен позвал Шеннона, и тот поспешил в зал, выслушать приговор.
— Сколько вам лет? — спросил судья, держа в руках перо и глядя на девушку поверх
очков.
— Девятнадцать, милорд, — ответил за нее Шеннон. — Я хотел сказать, что, несмотря на
улики, полиция уверена, что девушка — жертва, страдающая за других непойманных
преступников.
Судья покачал головой.
— Но улики противоречат этому. Очень жаль девушку, но я не могу противиться моему
долгу перед обществом и обязан строго покарать опасную преступницу. Одри Бедфорд, вы
приговорены к заключению в каторжной тюрьме на двенадцать месяцев.


Глава 10. Истина

В пасмурное декабрьское утро тяжелые двери Холлоуэйской тюрьмы открылись,
выпустив худенькую, стройную девушку в старом коричневом бархатном пальто. Не глядя по
сторонам, она прошла сквозь толпу людей, ожидавших во дворе освобожденных в этот день, и
быстро пошла по Холлоуэйской дороге по направлению к Кэмдену. Перейдя дорогу, она села в
трамвай и не увидела быстро проехавшего автомобиля Дика Шеннона. Он опоздал всего на три
минуты. У девушки в кармане было несколько шиллингов, скопленных в тюрьме за целый год
работы. Она вышла на последней остановке трамвая и пошла по широкой улице, пока не
увидела маленький ресторанчик. Она заказала себе порцию жареных почек и яйца.
Лицо девушки осунулось, глаза были печальны, но все же это была прежняя Одри. Девять
месяцев однообразной тюремной работы в обществе отверженных преступников опустошили ее
душу. Но Одри не опустилась до их уровня, но и не испытывала и чувства неизмеримого
превосходства над ними. В долгие тоскливые ночи воспоминания о предательстве, жертвой
которого она стала, обуревали ее, она закрывала глаза, пытаясь забыть весь этот кошмар. Это
были ночи мучений, когда Одри была близка к безумию и сознавала, что жизнь ее разбита. Она
не удивлялась, что Дора поступила таким образом. Это так походило на Дору, так
соответствовало тому, что она слышала и затем узнала о ней. Хуже всего для Одри было то, —
и это больше всего огорчало ее, — что все эти качества сестры были особым достоинством в
глазах их матери.

 

Спонсоры проекта:

 

 

   

© 2006-2008 Фонд "Литературная коллекция"